Амуниция казаков-первопроходцев на Камчатке в XVII - XVIII вв. Ч.1.

Амуниция казаков-первопроходцев на Камчатке в XVII - XVIII вв. Ч.1.

Материальная культура казаков-первопроходцев XVII – XVIII веков внесла огромный вклад в освоение Камчатки и в её дальнейшее развитие. Целый ряд предметов, сопутствующих казацким походам по полуострову, впоследствии вполне успешно употреблялся не только населением полуострова, но и на всей территории Дальнего Востока России. Им и будет посвящён цикл публикаций, посвящённый 325-летию присоединения Камчатки к России, которое мы отмечаем в 2022 году.

Казачество служило не только передовым авангардом приращения к России территорий Дальнего Востока и Камчатки в частности. Оно несло в себе специфические механизмы культурной интеграции с народами, входящими в состав Российской империи.

Нередко утверждается, будто казаки были ретроградами. Это, разумеется, не так. Просто они сумели сохранить принцип, характерный для допетровской России – принимать лучшее чужое, но при этом не забывать и не перечеркивать лучшее своё. Причем своё должно оставаться основой. А просвещение и культурное развитие отнюдь не противоречили фундаменту казачьих традиций и шли на том же уровне, что в остальной России.

Как известно, казаки, отправляясь в походы, готовили «справу» сами и за свой счет. Они одевали не парадный, а домашний кафтан или халат, бешмет или длинную рубашку с пуговицами; часто полы их заправлялись в шаровары, которые заворачивались в полусапоги.

На Дальнем Востоке, где суровый климат, для зимних походов использовался дополнительный комплект одежды. Оружие было свое — «дедовское» или трофейное: в необходимый комплект входили сабли или шашки, пики и пистолеты (пищали), нагайки и булавы. Войсковая булава (пернач, насека) относятся к войсковым клейнодам. От немецкого слова kleinod – драгоценность, дорогая вещь. Они являют собой персональные знаки отличия атаманов и старшин всех уровней.(9, с.23)

Казачья булава имеет древнюю историю не только в качестве оружия, но и в качестве символа воинской власти. Отсюда и пошли казачьи поговорки: «Была бы голова, будет и булава», «Не атаман при булаве, а булава при атамане», «При войсковой булаве, да при своей голове» и т.д. Булава, генетически восходит к традициям прародителей донского казачества – бродникам, и новгородским ушкуйникам.(10)

Когда говорят «булава», то чаще всего представляют некое большое и даже огромное грушеобразное и, видимо, цельнометаллическое оружие, которое художники любят прикреплять к седлу или на запястье к богатырю Илье Муромцу. Видимо, здесь сыграли свою роль и сказочные герои, которые заказывают у кузнецов «стопудовые» булавы.

Между тем в реальности, всё было намного проще и эффективнее. Булава представляла собой железное или бронзовое (иногда заполненное внутри свинцом) навершие весом 200-300 г, которое укрепляли на рукояти длиной в 50-60 см и толщиной 2-3 см. Рукоять иногда обшивали для прочности медным листом. По мнению исследователей, булава была вспомогательным оружием конных дружинников и служила для нанесения неожиданного, быстрого удара в любом направлении. Булава кажется менее грозным оружием, чем меч или топор, но она было отличным вспомогательным оружием. Историки сообщают, что на Древней Руси не все битвы были «до последней капли крови». Иной раз хватало демонстрации, когда более решительная дружина опрокидывала другую и летописец записывал: «… и на том разошлись, и раненых было много, убитых же мало». Задача была не истребить врага поголовно, а сломить его волю к сопротивлению, заставить отступить, признать себя побеждённым. В таком бою и нужна была булава, которой можно было «ошеломить» неприятеля (оглушить его), сбить с коня.(3, с.15)

Булава - дальнейшее развитие палицы, произошедшей, в свою очередь, от примитивной дубины. Это простое, надежное и весьма эффективное оружие рукопашного боя, широко применявшееся человеком с древнейших времен, вплоть до начала XX века. Она прекрасно приспособлена для поражения противника защищенного мягкими доспехами — кольчужными, чешуйчатыми, кожаными, войлочными и т.п. (подробней: кольчужный доспех, клепаная кольчуга). Простые булавы, как правило, имеют гладкое шарообразное навершие. Однако такое навершие склонно соскальзывать с поверхности щитов и жестких доспехов, что в свою очередь приводит к бесполезной потере большей части энергии удара. По этой причине, в процессе эволюции, навершие булавы стали оснащать шипами.

Шипы булавы-пернача вонзались в щит или доспехи, навершие резко останавливалось, и энергия удара расходовалась эффективно. 

Булава-перначь

Шипы могли быть длинными, либо короткими. Длинные причиняли более опасные раны, но наибольшее распространение получили короткие, т.к. не «вязли» в щитах и доспехах, были удобней и безопасней в носке в дальнем походе.(4, с.33). И гладкие шарообразные казацкие булавы, и перначи при покорении бескрайних камчатских просторов стали не только предметами воинской доблести, но и крайне необходимой амуницией для выживания в сложных условиях Севера.

Более подробно рассмотрим и казацкую нагайку, которая тесно связана и историей российского казачества. Она сопровождала казака в течение всей его жизни: ее вешали над колыбелью младенца для отпугивания злых духов, дарили мальчикам, когда их обучали езде на лошади, брали в бой и на охоту, ей наказывали провинившихся, а когда казак умирал, его хоронили вместе с шашкой, нагайкой и уздечкой.Этот инструмент, предназначенный для подстегивания лошадей (ведь казаки не имели шпор), против человека превращался пусть и не в летальное, но грозное оружие.

Изначально нагайка — это плеть с узким концом, с помощью которой управляли лошадью. Вообще плеть с древнейших времен была орудием пастухов, то есть опять же инструмент, используемый в повседневной жизни, который впоследствии приобрел функции оружия: для этого было необходимо усилить конец плети своего рода грузилом, что превращало инструмент управления лошадью или коровой в оружие если не нападения, то по крайней мере самозащиты. (11)

У калмыков кнут назывался маля, у татар — камча, а у казаков — нагайка. Некоторые связывают название нагайки с именем Ногая, беклярбека, то есть — административного правителя какого-то региона, который, тем не менее, не был чингизидом и соответственно не мог называться ханом (хотя Ногай, как отмечают, и по линии старшего сына Чингисхана Джучи был с ним в родстве). Ногай правил на самой западной территории Золотой орды между Дунаем и Днестром. От его имени пошло имя тюркского народа ногайцы. Соответственно, достаточно логично выглядит предположение, что подобно тому, как одежду черкесов называли черкесской, плеть получила имя нагайка. Согласно другой версии, с изменением способа ношения оружия, например, не на руке, а в сапоге, то есть «у ноги», тюркское название камча преобразовалось в ту самую нагайку.

Предшественником нагайки именно как оружия мог быть и кистень, считают некоторые исследователи. Принцип действия и даже форма действительно имеют некие сходства: к деревянной рукояти прикреплен ремень (в случае кистеня это могла быть и цепь), на конце которого подвешен небольшой груз. С изменением доспеха необходимость в пробивной, ударной силе кистеня пропала, а вот нагайка вполне выполняла необходимую оглушающую функцию, особенно для конного воина. (11)

Кстати неким переходным этапом между кистенем и нагайкой, который до сих пор используется казаками, вполне можно считать «волчатку». Ее казаки применяли, охотясь на волков. Это был более тяжелый, нежели классический, вариант нагайки: ее вес составлял 400 грамм, достаточно длинный — от 60 до 80 см и толстый в обхвате — 2,8 см. Интересно, что несмотря на большее сходство с кистенем, груз в плеть «волчатки» не вставляли, а рукоять была не деревянной, а также туго сплетенной из полос сыромятной кожи вокруг так называемого витеня — внутренней части плетения, прочно перетянутого ниткой. (10) Классической же нагайкой принято считать донскую и кубанскую. У первой есть металлические кольца, которые соединяют плеть с рукоятью, при том длина рукояти и длина плети, как правило, были равными, хотя каждый мастер делал по-своему. В среднем рукоять меряли по руке от локтя до середины ладони, что примерно равнялось 30−40 см. В свою очередь, кубанская нагайка была короче — около 15−20 см. В отличие от донской, ее плеть продолжала рукоять, как волчатка.

Нагайка «Волчатка»

Основу этого оружия делали из дерева, которое впоследствии оплеталось полосками кожи. Затем крепился темляк — петля, через которую продевали кисть. Сама оплетка называлась сервень: на конце сервеня был тот самый шлепок — кожаный карман, который укреплял плетение, не позволял ему распускаться и соответственно защищал кожу лошади от рассечения.(9, с.54)

Правда, в этот самый кармашек и можно было положить что-то типа пули, тогда простой инструмент превращался в оружие. В конце XIX века создается Приказ под номером 125 «О вновь вводимом казачьем конном снаряжении», который уже четко прописывает обмундирование и вооружение казачьего войска и параметры нагайки, которая получает название уставная: ее рукоять становится тоньше, но длиннее, а конец сервеня не имеет кармашка. Правда, впоследствии уже сами казаки преобразуют уставную нагайку в уставно-боевую. Так, например, в рукоять нередко вставлялся клинок, который можно было достать, прикрутить к рукояти и, взяв шлепок, раскручивать нагайку.(4, с.211)

В бою нагайка выполняла вспомогательную роль и в целом служила для оглушения противника, если была утеряна шашка или пика. Но все же опытные воины с ее помощью могли нанести смертельный удар и даже стащить седока с лошади. Нагайка успешно использовалась камчатскими казаками в разные периоды военной истории Камчатки. Существует достаточно много свидетельств использования казацкой нагайки (волчатки) впоследствии представителями коренных народов Камчатки для бытовых нужд и во время охоты.(6)

Источники:

  • 1.Ваксель С. Вторая Камчатская экспедиция Витуса Беринга // Стеллер Г.-В. Описание земли Камчатки: Холдинговая компания «Новая Книга», 2011.
  • 2.Зиннер Э.П. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и ученых XVIII века. – Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1968.
  • 3.Кирпичников А.Н. Древнерусское оружие. Выпуск 2. Копья, сулицы, боевые топоры, булавы, кистени IX — XIII веков. М.-Л.: Наука, 1966.
  • 4.Кирпичников А. Н. Медведев А. Ф. Вооружение // Древняя Русь. Город. Замок. Село. — М., 1985.
  • 5.Кузнецов Н. 100 великих кораблей. — М.: Вече, 2012
  • 6.Материалы Камчатской Региональной Общественной Организации «Камчатские военно-исторические реконструкции».
  • 7.Миллер Г.Ф. История Сибири. Т.1.– М.: Наука, 1999.
  • 8.Нефедкин А.К. Военное дело чукчей (середина XVII—начало XX в.). – Санкт-Петербург: Петербургское Востоковедение, 2003.
  • 9.Фролов Б.Е. Оружие и мундир кубанских казаков конца XVIII — начала XX в. [Текст] / Б. Е. Фролов. — Краснодар: Традиция, 2018.
  • 10.Электронный ресурс: https://taynikrus.ru/zagadki-istorii/kak-menyalas-kazachya-poxodnaya-amuniciya/
  • 11.Электронный ресурс: wikimedia.org
Нет комментариев. Ваш будет первым!